Орлов: Нет стратегии у Поморья.
Анна Чистякова: Ну вот…
Орлов: Вы знаете, я человек очень предметный. Скажите, что в этой стратегии нужно делать области и Правительству? Для меня стратегия – это документ, которым можно руководствоваться в процессе принятия решений. Я извиняюсь, что я перебил. Но вы уже заметили, что я всегда стараюсь быть очень конкретным. Когда я ехал в область, я этот документ прочитал от корки до корки, потому что мне было интересно, что же хочет область и люди, которые здесь живут. Я не знаю, что из этой стратегии хочет регион.
Поэтому стратегии нет. Есть набор деклараций, и я это очень ответственно заявляю. Что нужно сегодня сделать, какие направления двигать в области, для того чтобы изменить жизнь к лучшему? Это может быть общая фраза «изменить жизнь к лучшему». Что нужно, чтобы изменить дороги, поменять ситуацию в ЖКХ, приблизить юг области к северу? Этого ничего нет. Что нужно делать сегодня с речным транспортом? Да я могу так пару десятков проблем набросать, по которым я там не нашел ответы. Кроме того, что давайте жить лучше, заниматься лесным комплексом и дорогами. Я могу и так сейчас сказать: давайте этим заниматься. Это не стратегия.
Анна Чистякова: Как я понимаю, речь идет не о работе над старым, а о создании нового документа?
Орлов: Нет. Речь идет не о создании документа. Речь идет о создании стратегии. То, что стратегия будет написана на бумаге или изложена в Интернете, вы называйте как хотите. Давайте будем очень-очень конкретными. Не документа. Я не хочу, чтобы мне кто-то его писал. Я хочу, чтобы она прошла через членов экспертного совета, через правительство. Ведь помимо экспертного совета такая же задача стоит перед министрами. До 30 мая они должны сдать краткосрочную программу действий. И это будет той частью, которое правительство внесет в рамках работы экспертного совета.
Дальше стратегия будет вынесена на всеобщее обсуждение. И это будет программа и стратегия, а не документ.
Анна Чистякова: А можно узнать основные направления?
Орлов: Да, можно. Перед экспертным советом со стороны правительства выдвинуты следующие направления: жилищно-коммунальный комплекс, дороги, безусловно, энергетика. Вопрос теплоэнергетики стоит как базовая задача, которую нужно сейчас решить, даже не дожидаясь никакой стратегии. Потому что в наличии как минимум четыре крупных центра энергетики в области на миллион человек. В Санкт-Петербурге на 8, 5 миллионов – один. А у нас на миллион – четыре крупных, не считая более мелкие структуры.
У нас важнейшая задача, если говорить о базовых вещах, водоотведение. Проблема никак не решена. Почему-то все считают, что вода в реке течет и у всех должна быть. Дальше идут транспортные вопросы, сельское хозяйство. Они обозначены как блоки, которые должны быть сегодня проработаны и из них пять должны быть выбраны как центровые.
Пять. Предложат шесть - будем думать над шестью. Предложат три - если они реализуемы и дадут соответствующий эффект, значит, будем заниматься тремя.
Очень важный вопрос культуры. Я уже многократно говорил: если мы не разберемся с местом и ролью культуры в регионе, мы так и будем говорить об экономике с одной стороны… Сказать/не сказать? Скажу. Все равно где-нибудь не выдержу. Культура - она ведь даже в таких вещах, чтобы молодежь оставалась в регионе. Но через своего сына, знакомых я вижу проблему, которая отвращает наших детей от спорта – мат. Мне сын говорит: я сравниваю с Калининградом, и такого количества мата, как в спортивных сооружениях, не слышал нигде. А это же элемент культуры. Я понимаю, что это некая форма эмоционального выражения, и из русского языка это никуда не денешь. Но когда он начинает заменять язык, это говорит о деградации. И поэтому это элемент, которым тоже надо заниматься. Где-то прививать, где-то наказывать. Если ты в ДЮСШ являешься тренером, то ты преступник, если используешь матерное слово в общении с детьми. А у нас это нормально. И мы хотим на этой базе построить здоровое общество. Невозможно. Это даже к бабке ходить не надо.
Поэтому культура – это постулаты, которые мы сами для себя должны сказать. Стоит ли ставить такое количество шашлычных на Набережной? Не скажем - так и будем зависеть от Генацвали или Ары, который руководит нами на Набережной и говорит: бумагу сюда бросай, а бутылки сюда.
Но мы местные и вправе свою поморскую культуру предлагать.
Отдельная тема – спорт. Трепетно к этому отношусь, потому что четко представляю: рост преступности среди несовершеннолетних порядка 50 %. Это трагедия, после того как по стране она за первый квартал снизилась на 7 %. И как вернуть ребят, если министр не знает, что в одной деревне сломался и не функционирует спортзал, и что делают там ребята, у которых гормональный фон в 10 раз выше нашего. Им надо энергию сбрасывать. И они не в футбол пошли играть, а кого-то по голове бить.
Когда говорим об уровне и количестве спортивных сооружений в регионе, понимаем, что мы одни из самых низко обеспеченных. На 589 тысяч квадратных километров у нас 54 бассейна, один из них 50-метровый, 24 – 25-метровых и остальные в детских дошкольных учреждениях. Это что - бассейны? Это корытца. Мы это прекрасно понимаем. А в статистике 54 бассейна.
При этом мы нигде не пытаемся должным образом обозначить свой интерес в спортивных сооружениях. А «Труд»? Начали разбираться глубоко, что же с этим «Трудом» делается? Ну, достроим, а выясняется, что это спортивные сооружения для внутриквартальных поселений. То есть он не на спортивной площадке должен стоять, а в центре отдыха. Мы же используем его как спортсооружение. Бассейн 1, 70, зал без трибун, корытце для детей 3-4 лет. Зачем это в спортсооружении, где работает команда высшей лиги?
Мы должны поставить планку в стратегии: построить пять спортивных сооружений высшего уровня, 100 «коробок» и т.д. Это все должно быть профессионально отработано и проверено.
Корреспондент ГТРК «Поморье» Юлия Онучина: Вы только что затронули вопрос культуры. У меня вопрос такой: кадровая перестановка, которая произошла в театре драмы, она произошла накануне большого фестиваля, большого события в театральной жизни. Не повлияет ли это на фестиваль, скажем так, который открывается 19 мая, а кадровая перестановка произошла вчера или позавчера?
Орлов: А Вы занимаетесь культурой?
Корреспондент: В том числе.
Орлов: В том числе? А вы хотите сказать, что этого не надо было делать?
Корреспондент: Я не хочу этого сказать.
Орлов: Другое дело, что время может быть неудобное. Я ни плохого, ни хорошего не хочу сказать про менеджмент театра. Эта такая тонкая грань, и настолько творческие люди тяжело взаимодействуют.
Во-первых, я считаю, что перестановка там назрела, она была нужна. Во-вторых, те решения, которые предложены, в том числе и кадровые, позволят не разрушить коллектив. Мне уже известно, что и.о. занялась оценкой подготовки к фестивалю. Зная опыт этого человека, я уверен, что она не разрушит хорошее. А дальше, когда пройдут все процедуры, я надеюсь, что тот человек, который будет выбран, позволит нам двигаться вперед.
Я вообще театр расцениваю не как место для зарабатывания денег, а он сейчас именно такой. Там сегодня ради концерта поп-звезды отодвигают театральную постановку. Без этого тоже нельзя. Я не говорю, что надо жить на пожертвования. Надо и зарабатывать, но с пониманием значимости того или иного события.
А то, что изменения назрели, я абсолютно уверен. Валерий Анатольевич Захаров ко мне подходил, мы разговаривали. Наверное, он не совсем на своем месте. Ему предложено работать снова в образовании.
Екатерина Емельянова, «Правда Северо-Запада»: Почему отрасль туризм была исключена из состава уже бывшего министерства молодежной политики, спорта и туризма, тогда как на федеральном уровне в соответствующем министерстве она присутствует? И чем отличается видение развития туризма в Вашем правительстве от видения развития туризма в предыдущем?
Орлов: В момент формирования правительства я попал в такую ситуацию. Ко мне пришли работники культуры и сказали: это наша отрасль, мы создаем объекты, куда люди должны ехать, и вокруг этого должна развиваться туристическая отрасль. После того как стали проверять, насколько реально отнести туризм к культуре, прозвучал ряд других аргументов, что отрасль туризма должна быть ближе к спорту. Для того чтобы разрулить ситуацию, я принял решение о создании агентства по туризму. Оно будет вскоре создано. Но в тот период, когда мы входим в сезон, когда необходимо запустить ряд программ, в том числе и с участием федерального правительства, мы решили структуру оставить в этом министерстве, чтобы не заставлять людей пересаживаться.
Плюс мы должны создавать систему, которая будет охватывать все виды туризма. И сельскохозяйственный, и спортивный, и культурный, и другие. Например, почему мы не думаем о таком варианте туризма, как авиатуризм? У нас как минимум шесть аэропортов, готовых к приему малой авиации. Работает два. И мы можем предложить путешествия в Мезень, в Лешуконь, в Онегу, в Котлас с максимально быстрой доставкой.
Точно так же и по транспорту. У нас недосоздано агентство транспорта, хотя структура его написана. Но пока надо еще осмотреться.
Корреспондент «Норд-Портал» (из представления не ясна фамилия и имя корреспондента): Вы уже затронули тему спорта. Стадион «Труд», хоккейная площадка, которая должна там быть…
Орлов: Будет.
Корреспондент: Какова ее судьба?
Орлов: Да будет площадка. Совсем дешево получается сделать какой-то политес из этой площадки. Сам там был, видел. Вы знаете, что ее пытались построить без проектно-сметной документации? Да, деньги дали. Да, завезли материалы. А туда пришла инспекция и говорит: ребята, вы че, с ума сошли? Тут дети будут заниматься. А вы эти конструкции поставите, и кто будет отвечать, если они упадут? И в итоге сегодня судорожно, опять доделывая недоделанное, мы занимаемся изготовлением проектно-сметной документации, чтобы обезопасить и сделать гарантированно хорошую площадку.
Все нужно сделать последовательно. А то как на Соловках сделали водоочистительные сооружения, а потом вспомнили про трубы. Так и здесь: купили оборудование, но забыли сделать документацию. Поэтому каждый раз, цепляясь за подобного рода темы, было бы полезно провести маленькое журналистское расследование.
Корреспондент ТВ Северодвинска (ФИО прозвучало не внятно): Как продвигается проверка по расходованию бюджетных средств, выделенных на СМИ?
Орлов: Такие вещи не делаются быстро. Все проверки идут, мы договорились с прокуратурой и следственным комитетом, что сначала занимается моя контрольная инспекция, после этого мы передаем материалы в следственный комитет, они оценивают обоснованность наших претензий, и после этого начинает закручиваться дело.
Что касается стадиона «Труд», каргопольских домов, Соловков, все подтверждено. По СМИ ребята были умные, они сделали все достаточно чистенько, но я надеюсь, мы все-таки найдем. Если смотреть по документам, то получается, что поставили людей в положение, когда им ничего другого не оставалось. Им говорили: хочешь жить? У тебя коллектив, мощь, но конкурс ты не выиграешь. Выиграет вот эта организация. Она выигрывала этот конкурс, а потом передавала подряд СМИ. И все соглашались, поэтому найти основания для прокурорских действий сложно. Хотя схема понятна, но доказать использование административного ресурса в черном варианте сложно.
Илья Азовский (ИА "Эхо СЕВЕРА"): Вы лично видели документы, которые оставило после себя прошлое Агентство по печати и СМИ – там же подписи одного и того же лица делались явно разными людьми. Подлинность подписей вообще кто-то сличал?
Орлов: Сегодня процедура определения ситуации не закончена. Я вообще стараюсь не вмешиваться в процессы профессионалов. К нам они несколько раз обращались по поводу экспертного заключения постройки, по другим направлениям деятельности. Здесь мы им, безусловно, помогли. В данном случае к нам обращались с просьбой оценить ту или иную ситуацию. По поводу закрытия процесса… Мне еще не сказали, что этой темой мы больше не занимаемся, и к ней не нужно больше возвращаться.
И.А.: Что касается северодвинского пула в Правительстве. Пришло достаточно много северодвинцев в Правительство. Причем сперва последовало Ваше заявление о высоком потенциале северодвинцев, а потом серия кадровых назначений. Это действительно высокий интеллектуальный кадровый потенциал северодвинцев по сравнению с Архангельском, или невозможность назначить людей из Архангельска в силу того, что каждый из них – ставленник той или иной группировки или того или иного клана.
Орлов: Об уровне профессионализма я уже говорил, это подтверждается, и могу по каждому из министров сказать, почему он оказался в этом кресле. А что касается интересов Архангельска… Вы знаете, у меня такое ощущение, что после того как я уволил целый ряд руководителей, у меня у самого возникает целый ряд вопросов. Они ушли, я их уволил, отправил в отставку, и у меня такое впечатление, что Архангельск был в состоянии ступора: а как же? Никто ничего не предлагал. Вообще никто ничего не мог предложить. Я, честно говоря, в процессе формирования правительства не ощутил – то ли там люди, группы людей, компании ждут, что я приду и скажу: дайте мне министра. Может быть, поэтому так получилось. И мне по целому ряду направлений приходилось принимать решения даже без предложений – я сам искал людей, сам проверял того или иного человека, выслушивал мнения.
Меня больше всего расстроило, что я не смог никого взять с юга области. Приблизить юг области к нашей северной агломерации – очень важный вопрос для Правительства области. Такое ощущение, что здесь своя жизнь, а там – своя. Это неправильно, и мы обязательно будем это исправлять.
И.А.: Комментируя снятие Трубина с должности министра АПК, вы помянули в отношении министерства такое слово, как «мошенничество».
Орлов: Сегодня нам были даны реально большие деньги на строительство семеноводческого центра. Где позиция того, кто живет здесь и отвечает за результат? Ее нет. В итоге главная претензия, которая услышана от лесников в Москве, - вы были вторые в стране, кому дали возможность построить … центр. В Казани он уже функционирует, дает результат, деньги зарабатывает. А у нас даже стройка толком не началась. Вот это как называть? Что за позиция министерства?
Дальше рассказываю. Целая серия проектов странного содержания и дурно пахнущие. Которые называются: «Мы запускаем инвестиционный проект, давайте нам лесосеку». У меня это вызывает только отторжение и желание, как я уже говорил, взять биту. Потому что люди реально ничего не делают, налоги не платят, лесом пользуются, под этот лес кредитуются. И куда всё исчезает вместе с людьми?
И.А.: А можно имена назвать, хотя бы частично?
Орлов: Сейчас две компании такие есть, мы закончим по ним проверки, закроем эти инвестиционные проекты, и я все это предам гласности.
И.А.: Говоря о Гусакове, министре сельского хозяйства, Вы упоминули, что была чуть ли не целая схватка за этот пост, и Вы назначили все-таки Гусакова. Огласите хотя бы частично имена бойцов, эти кланы. И не означает ли в этой связи неожиданное назначение министром Гусакова своеобразным способом «послать», но очень вежливо? В этой связи Ваш предшественник Николай Киселев употреблял такой термин из радиодела, как «настройка команды». То есть он постоянно настраивал команду, у него менялись люди. Такое неуверенное отношение к Гусакову – Вы сами сказали, что он ни разу еще не был министром, и Вы не знаете, каким министром он будет, - не означает ли это, что Вы тоже будете постоянно настраивать команду?
Орлов: Сборная команды, которая была близка к югу – это вельский блок, была команда центральная, которая находится здесь, в городе. И та, которая дала мне Гусакова, – это люди чисто из сельского хозяйства, которые реально вкладывают деньги. То есть у них есть производство, переработка, сельское хозяйство в его понимании, то есть у них есть полный цикл. Они вообще предложили мне две кандидатуры. В итоге остался Гусаков. Но мне была целая серия предложения от вельского кандидата и от архангелогородца.
Что касается перестановок. Для меня вообще замена человека, которого я сам лично привел, - это удар по мне лично. Поэтому назначая человека, я понимаю уровень ответственности за то, что я его назначаю, с одной стороны, перед ним, а с другой стороны, что бы он ни сделал, в итоге отвечаю я. Поэтому подход такой, что человеку обязательно нужно дать начать работать. Первое железное правило – не стрелять на взлете. Важно человека направить, что-то ему объяснить, защитить в нужный момент. Смена человека для меня – это поступок. Но если снимать человека, то только тогда, когда все возможности его настроить и подкорректировать выбраны, а результата нет. Я сегодня вижу потенциал абсолютно у всех своих назначенцев, у всех есть желание работать.
Когда прошло назначение Гусакова, я из целого ряда уст услышал: что ты делаешь? Но во-первых, я не просто так его назначил, не потому что мне его навязали, и во-вторых, на сегодняшний день не считаю это неправильным.
И.А.: По поводу назначения в Правительство москвичей. Не считаете ли Вы это слишком расходным делом, ибо каждому нужна квартира, ведь не на съемной же они приедут. И что с квартирами тех, кто до этого был здесь приезжими менеджерами из столицы? Их квартиры освободятся?
Орлов: Когда мы теряем на безобразном менеджменте, строительстве сотни миллионов рублей, то квартира даже за 3-5 миллионов – это крупная экономия – привести человека, который не даст нам потерять столько. Поэтому давайте относиться к этому объективно.
Костомаров, Гришин, Игорь Войстратенко пока остаются без квартир. Когда мы на безалаберности теряем сотни миллионов рублей, то квартира 3–5 миллионов — это крупная экономия: привезти человека, который не даст потерять 100 миллионов. Сегодня у нас толи 9, толи 11 квартир в области. Из них лишь пять пригодны для проживания. Остальные в старых домах. Мы решили пальцы не гнуть: 2–3 отремонтируем, остальные подадим в программу приватизации. Если квартиры потребуются ещё — будем выходить на областное Собрание, потом на рынке покупать. Я не считаю, что это что-то невероятное. Надо — значит, надо покупать. Иначе придётся пользоваться человеком с квалификацией ниже, чем сейчас, зато с квартирой.
Галина Мещерякова, пресс-секретарь регионального отделения партии «Единая Россия»: 25-26 мая в Москве съезд партии «Единая Россия». Вы делегированы на этот съезд.
Орлов: Я делегирован, да?
Галина Мещерякова: Да. Вы примете участие в работе съезда.
Орлов: Ну да, я, наверное, как член генсовета. Извините.
Галина Мещерякова: Дмитрий Медведев говорит, что у партии блестящее будущее, но возможно, так считают не все. В связи с этим Ваши ожидания. Что ждет партию?
Орлов: Партию ждет блестящее будущее. Я объясню, почему. Это не потому что сказал Президент. Возвращаемся к голым примитивным расчетам. Сегодня партии, опирающейся на такое количество людей, которые ее поддерживают, в стране больше нет. Поэтому ее ждет хорошее будущее. Самое главное для партии, членом которой и я являюсь, - это тот запас прочности, который у нее создан, ни в коем случае не распылить. Нам нужно обязательно уйти от формально-административной системы взаимодействия с обществом к реально партийной системе взаимодействия. Это когда партия будет учитывать и мнения людей, их чаянья и позывы, реагировать на проблемы, которые выдвигает общество, в том числе и персональные. И ее руководители это продемонстрировали.
26 числа будут сформулированы на высшем уровне тактические и стратегические задачи, которые нам предстоит претворять в ближайшее время в жизнь. Если тот настрой, который есть у руководства партии, сегодня будет сохранен, то партию ждет нормальное счастливое будущее.
Татьяна Вершинина, «Двина-Информ»: На первой пресс-конференции Вы говорили, что будете выстраивать отношения с мэрией (видимо имеется в виду мэрия Архангельска)в позитивном ключе. Изменилось ли за эти 100 дней что-то в отношениях?
Орлов: Позитивное отношение перешло в бесконечную любовь. Поэтому с мэрией нормально все. У Виктора Николаевича закончились проблемы… не проблемы, а задачи, которые он решал на выборах. Сегодня он мэр, которого поддерживает более 50 % избирателей города, у него очень не простое хозяйство, и я уверен, что только во взаимодействии областной и муниципальной власти мы сможем изменить имидж и города, и региона в положительном направлении.
Газета «Вся Архангельская область»: Вы неоднократно упоминали, что область нуждается в бренде. В Правительстве будет создана какая-то структура, которая будет заниматься брендированием области?
Орлов: Правительство Архангельской области.
«Вся Архангельская область»: То есть Вы считаете, что правительство и министры в состоянии, да?
Орлов: Это их прямая обязанность. Они должны создавать те вещи, которые будут создавать бренд Архангельской области. Бренд – это не то, что назначают. Бренд – это то, что приходит как очевидное достоинство.