Режиссер: Нэнси Леопарди.
В ролях: Саманта Кокрэйн, Сидни Тейлор, Давид Дастмалчян, Эшли Грин, Тайлер Лоуренс Грэй, Алекс Видов, Мариса Эчеверриа.
Премьера в России 28 мая 2026 года.
Говорят, если российского адаптатора названий фильмов оставить без присмотра на пару лет, то его снова откатит до настроек времен видаков и кассет. Все премьеры будут называться «Рокки 15», «Форсаж: Крайний заезд» или «Киборг-убийца 4». Так вот, в очередной раз предостерегаем доверчивых: «Обитель зла: Мутация» ничего общего не имеет с тем «Обителем зла», о котором мы все подумали.
В принципе, не самый плохой социальный хоррор «Лекарство» у нас решили привязать к популярности игр по совершенно другой вселенной, чем, скорее, отбили желание аудитории смотреть эту и без того проходную ленту. И так-то в кинотеатры уже никто не ходит, а тут человек увидит, как фильм продвигают за счет известного бренда и немедленно решит, что больше привлечь нечем. И отчасти будет прав.
Что же касается самого фильма, который отныне будем называть «Лекарство», уж извините, то он является продуктом своего сезона. В первой половине лета обычно не выходит ничего громкого, народу не хочется киснуть в помещениях, поэтому на экранах идёт нечто невнятное, чтобы просто забить время.
Раньше была мода на летние блокбастеры, а сейчас уже который год летний прокат захватывают хорроры.
В случае с «Лекарством», подойдет избитая фраза «мы посмотрели это за вас».
Сюжет здесь строится вокруг концепции птицы в золотой клетке. В детстве девочку Элли удочерили богатые супруги Браун — основатели биотехнологической компании Джефф и Джорджия. Они увезли ребенка из бедного района в роскошный дом в Малибу, но вскоре у неё диагностировали аутоиммунное заболевание. С тех пор Элли живёт взаперти, принимает таблетки, разработанные приёмной матерью, и почти не покидает особняк.
Роскошная жизнь здесь пошло противопоставляется свободе. За 16 лет Элли, кажется, ни разу не общалась с живыми людьми (помимо родителей), но не является социальным инвалидом и ударяется в подростковый бунт при первой возможности. И это при том, что единственным её другом все эти годы была не самая продвинутая нейросеть-голосовой помощник.
Дождавшись, пока родители уедут на презентацию, шестнадцатилетняя Элли тайком выбирается к океану и знакомится с ровесницей Брук. Новая подруга быстро замечает странности в доме Браунов и заставляет девушку усомниться в заботе и истинных мотивах своих гиперопекающих родителей.
Гиперопека — слишком мягкий термин для описания происходящего. Родители буквально называют дочь «зверем в клетке» и прямо говорят, что замки в её комнате нужны покрепче.
Богатым тюремщикам противопоставлены подростки-социалисты американского типа: наивные, с парой марксистских терминов в голове, ненавистью к капиталу и тягой к свободе. Это, дамы и господа, его величество социальный комментарий.
Причем, сценаристы настолько поверили в себя, что никак не могут перестать повторять, — «Капитализм — зло». Из полуторачасового фильма проходит уже 40, потом 50 минут, а зрителю всё продолжают втирать идею о том, что деньги не заменят друзей. Да поняли мы! Это хоррор или подростковое эссе про плохих родителей? За всё это время будет всего два неприятных момента, которые напугают разве что грудничка.
Чуть интересней в первой половине прописаны отношения между Элли и родителями. Папа на словах старается быть другом своей дочери, а мама — репрессивный аппарат, хотя в разговорах между собой они меняются метами.
В какой-то момент даже начинаешь проникаться чувствами главной героини, которая однажды решается открыться отцу и между ними происходит что-то похожее на откровенный диалог.
Оттого и контраст между опекающими, но вроде любящими взрослыми, и монстрами из второй половины ленты работает.
Частично фильм спасают актеры категории А: Давид Дастмалчян и Эшли Грин. Им не впервой играть в страшном кино и, когда их персонажи в «Лекарстве» выходят из себя, глаз радуется, но большую часть фильма им поручено исполнять роль биороботов со специально наигранными эмоциями, поэтому можно сказать, что их гонорары потрачены впустую — актерский потенциал не раскрыт.
В структурном плане этот максималистский фильм представляет из себя нечто кашеобразное. «Лекарство» вроде и пытается устроить зрителю качели между пугающими и спокойными моментами, но последние тянутся так долго, что ловишь себя на мысли, будто так и продолжится до финала.
На 70-й минуте хронометража повествование топчется практически на том же месте, что и в начале, а авторы всё продолжают и продолжают критиковать фарммафию, биохакинг, зацикленность на красивой картинке в соцсетях и праздность элит. Нашлось место даже отсылкам на дело Эпштейна. Вот только ни на триллер, ни на ужастик времени не хватило. Один набор недосказанных мыслей юного социалиста.
Героиня Эшли Грин еще в самом начале скажет «знай свои пределы». Эту мысль хочется донести до режиссерки «Лекарства». Нэнси Леопарди вроде не в первый день в кино, но, похоже, только недавно дорвалась до свободы творчества. Она впихнула в свой фильм вообще все свои представления о мире, но очень сильно промахнулась с жанром.
Однако именно на этом моменте стоит пояснить, почему в начале «Лекарство» назван неплохим хоррором. Во-первых, этот соцкомментарий тут вообще присутствует и не в качестве элемента, вставленного для галочки. Во-вторых, Давид Дастмалчян и Эшли Грин — редкий пример, когда топовые актеры в посредственном кино тянут его на себе. А, в-третьих, данная лента не выглядит продуктом коммерческого конвейера.
Да, «Лекарство» — жутко наивное и затянутое кино, но этот наивняк был снят довольно искренне. За кадром видно человека, которого прям распирает от желания высказаться. Именно данный факт заставляет искать в ленте хоть какие-то плюсы, но, надо признать, находятся они без особых упражнений в ментальной гимнастике.
Впрочем, не стоит думать, что «Лекарство» — алмаз в деревенском туалете. Всё-таки, рекомендовать его можно только тем, кто дожил до своих лет с верой в Деда Мороза или фанатам главной актёрской пары.
18+
Александр Губкин