В Ломоносовском районном суде продолжается судебный процесс по так называемому делу Юлии Фёдоровой. Подробности предыдущего заседания читайте здесь. 21 мая в суде прошло очередное заседание. Предлагаем вашему внимание полную расшифровку процесса.
Судья:
— Насколько мне известно, в зале присутствуют представители СМИ?
Журналист 1:
— Да, удостоверения дать вам.
Судья:
— Конечно. Ходатайства имеются?
Журналист 2:
— Прошу дать разрешение на фотосъёмку. 2-3 фотографии.
Журналист 1:
— Аудиосъёмку же разрешено вести, верно?
Судья:
— О видеосъёмке кто-то будет ходатайствовать?
Журналист 1:
— О видео, нет.
Судья:
— Есть у кого-то из участников дела возражения?
Гособвинитель:
— Ваша честь, разрешите вопрос. Аудиозапись будет на протяжении всего судебного заседания или только на подготовительной части?
Журналист 1:
— Мы имеем право, как журналисты вести аудиозапись всего судебного заседания.
Гособвинитель:
— Я не спрашиваю ваши права, я спрашиваю вас, какие…
Журналист 1:
— ВСЕГО судебного заседания.
Гособвинитель:
— Понял, спасибо.
Адвокат Циммерман:
— Возражений не имею.
Адвокат Сивцов:
— Возражений не имею.
Адвокат Ушакова:
— Возражений не имею.
Гособвинитель:
— Я частично возражаю, так как полагаю, что у нас ведется аудиопротокол, оснований не доверять которому не имеется. Полагаю, что средствам массовой информации нужно разрешить аудиозапись в подготовительной части и в результативной, когда уже будет выноситься окончательное судебное решение. На все судебное следствие я так полагаю, что оснований для предоставления аудиозаписи СМИ не имеется. Я полагаю также что процесс будет длительным. Имеются потерпевшие, свидетели. Полагаю, что в данной части должно быть отказано.
Журналист 1.
— Но мы же можем запросить потом протокол, да ведь?
Судья:
— Присядьте. Суд выслушал мнение участников процесса и постановил ходатайство представителей средств массовой информации удовлетворить и разрешить осуществление фотосъёмки судебного разбирательства, аудиозаписи судебного разбирательства.
Судья:
— В зале присутствует представитель потерпевшей стороны — министерства здравоохранения Архангельской области. Извещены своевременно, готовы к процессу.
Представитель министерства здравоохранения: Извещен своевременно, готов.
Судья:
— Защитник адвокат Ушакова. Извещены, готовы к процессу?
Адвокат Ушакова.
— Своевременно извещена, готова, Ваша честь.
Судья:
— Объявляется состав суда <…> отводы/самоотводы имеются?
Адвокат Шатунова:
— Хочу заявить о самоотводе в связи с наличием у моего подзащитного защитника по соглашению.
Судья:
— Обсуждается заявление адвоката Шатуновой об освобождении от участия в судебном заседании. Рассматривается представленный адвокатом Ушаковой ордер <…> адвокат Ушакова?
Адвокат Ушакова:
— Прошу освободить от участия в судебном заседании адвоката по назначению.
Судья:
— Другие участники желают высказаться?
Адвокат Циммерман:
— Ваша честь, я поддерживаю самоотвод, заявленный своей коллегой и прошу его удовлетворить.
Адвокат Сивцов:
— Полностью поддерживаю и прошу удовлетворить.
Гособвинитель:
— Ваша честь, я полагаю, что данное ходатайство подлежит удовлетворению, так как у нас имеется защитник по соглашению, который будет представлять интересы Новикова, что позволит исключить нарушение права на защиту.
Судья:
— Подсудимые желают высказаться?
Дрезгалович:
— Нет, Ваша честь.
Юлия Федорова:
— Нет, Ваша честь.
Судья:
— Суд выслушал мнение участников процесса и постановил адвоката Шатунову, в качестве защитника по назначению от участия в судебном заседании освободить, допустить к участию в процессе защитника по соглашению Ушакову.
Адвокат Шатунова:
— До свидания.
Гособвинитель:
— Ваша честь, заявляю ходатайство о рассмотрении уголовного дела в отсутствие обвиняемого Новикова. Так же поясняю о том, что Новикову заочно предъявлялось обвинение. Так же вынесены постановления о его розыске на федеральном, международном уровне. К нему заочно избрана мера пресечения в виде заключения под стражу заочно с момента его розыска. Каких-либо положительных результатов розыск, на данный момент, не дал. Решения по данному вопросу вступили в законную силу. Защитники Новикова так же знакомы с материалами уголовного дела, копия обвинительного заключения вручена адвокату. В ходе предварительного следствия защиту Новикова осуществляли профессиональные защитники, как по соглашению, так и по назначению. В связи с этим прошу провести судебное разбирательство в отношении Новикова заочно, без выделения дела в отношении него в отдельное производство, и в подтверждение позиции прошу огласить следующие материалы дела и прошу предоставить следующие тома <…> Новиков 08.04.24 вылетел из Москвы в Анталию, Турция. На сегодняшний день Новиков, по имеющимся данным в Российскую Федерацию не вернулся, в настоящее время нахождение Новикова не установлено. <…> установлено объявить Новикова в розыск среди всех государств-членов ИНТЕРПОЛ <…> получена информация из НЦБ ИНТЕРПОЛа в Турции о том, что находящийся в международном розыке Новиков покинул территорию Турции через аэропорт Стамбула в направлении Батуми, Грузия. В ИНТЕРПОЛ Грузии был направлен запрос, однако ответ, в настоящее время не поступил. <…> на этом у меня все, Ваша честь. Вся информация по Новикову оглашена в полном объёме.
Судья:
— Адвокат Ушакова желает высказаться?
Адвокат Ушакова:
— Считаю, что указанное ходатайство заявлено преждевременно, в связи с чем у меня есть самостоятельное ходатайство. Прежде всего мы должны обратиться к положениям ст. 237 УПК РФ, в соответствии с которыми судья по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если: копия обвинительного заключения не была вручена обвиняемому. Исходя из положений пункта 1 части 4 статьи 147 УПК РФ, обвиняемый вправе знать, в чем он обвиняется. Обвинение должно быть предъявлено в течение трех суток со дня вынесения постановления о привлечении его в качестве обвиняемого. <…> рассмотрение уголовного дела заочно предусмотрено только в соответствии с ч.5 ст. 247 УПК и только на стадии судебного разбирательства.
Нормы ч.5 ст. 247, закрепляющие возможность проведения в исключительных случаях судебного разбирательства по уголовным делам тяжких и особо тяжких преступлений, в отсутствие подсудимых, которые находятся за пределами территории РФ и/или уклоняются от явки в суд, предусматривают исключение из общего условия судебного разбирательства, заключающегося в обязательном участии подсудимого. Часть первая этой же статьи направлена на реализацию требований ст. 123 ч 2 Конституции РФ, согласно которой заочное разбирательство уголовных дел в судах не допускается, кроме случаев, предусмотренных федеральным законом.
Данная норма может быть применена и в отношении подсудимого, который является обвиняемым по уголовному делу и в отношении которого назначено судебное заседание, т. е. предварительное расследование завершено. Возможность производства в предварительном расследовании и направлении дела в суд при отсутствии предъявлении обвинений и выполнении всех уголовно-процессуальных действий, направленных на завершение предварительного следствия, УПК не содержит. Вместе с тем, Новикову обвинение предъявлено не было.
Он не был также ознакомлен с материалами дела. Ему не было вручено обвинительное заключение. Решение о выделении в отдельное производство материалов уголовного дела в отношении Новикова следователь не выносил. При этом, не установление места нахождения лица, или обеспечение участия его в судебном процессе, указывает на отсутствие принятия должных мер со стороны следственного органа, что не может быть признано уважительной причиной для невручения обвиняемому копии судебного заключения. Обвинительное заключение даже не было направлено по адресу регистрации. Следовательно, никаких мер, на вручение обвинительного заключения, принято не было. <…> Эти действия обвинением предприняты не были.
Не только по предъявлению обвинения, не только по реализации прав на защиту, но самое грубое — это не вручение копии обвинительного заключения. И даже не направление копии обвинительного заключения. Заочное участие, я повторюсь, допустимо только на стадии судебного производства, а не до этого. Тот факт, что Новиков обратился с заявлением об освобождении его защитника по назначению в связи с наличием защитника по соглашению, не свидетельствует о том, что он знаком с существом предъявленного обвинения и это не подменяет собой обязанности следственных органов по вручению копии обвинительного заключения. В связи с чем прошу уголовное дело возвратить прокурору для устранения препятствий его рассмотрения.
Адвокат Циммерман:
— Позвольте, Ваша честь. Я поддержу своего коллегу, заявлю о том, что ходатайство государственного обвинителя заявлено преждевременно по тем основаниям, которые заявила моя коллега. Но есть иные основания, не позволяющие, на мой взгляд, переходить к судебному производству по настоящему уголовному делу, поэтому я вынужден заявить о ходатайстве.
Судья:
— Давайте обсудим ходатайство государственного обвинителя.
Адвокат Циммерман:
— Я могу обосновать свою причину, почему дело заявлено преждевременно и его нельзя рассматривать на данной стадии. Имеется существенное препятствие к тому, чтобы рассматривать данное уголовное дело в судебной инстанции. Поэтому я полагаю, что мое ходатайство должно быть заявлено именно на данной стадии и до рассмотрения вопроса об удовлетворении/неудовлетворении заявленного ходатайства государственного обвинителя. Благодарю. Рассматривается уголовное дело по обвинению Федоровой, Новикова, Дризгаловича.
До начала судебного следствия я считаю необходимым заявить настоящее ходатайство, тем самым обеспечив соблюдение права подсудимых на защиту и их конституционное право на справедливое уголовное судопроизводство. Согласно п. п. 4, 5 ч. 2 ст. 171 УПК РФ, в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого должны быть указаны не только пункт, часть, статья Уголовного кодекса РФ, предусматривающие ответственность за преступное деяние, но и описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иных обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с п. п. 1 — 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ <…> По смыслу закона, предъявленное лицу обвинение может быть признано соответствующим требованиям статей 47, 171 УПК РФ, в том числе, если оно содержит достаточно полное изложение фактических обстоятельств содеянного, а также является конкретным и составлено в понятных выражениях с целью соблюдения права обвиняемого на защиту от конкретного обвинения.
Однако составленное по уголовному делу обвинительное заключение не может быть признано соответствующим требованиям уголовно-процессуального закона. Устранение выявленных нарушений судом, например, путём установления в ходе судебного разбирательства, в частности, места совершения преступления и правового момента его окончания, что напрямую влияет на верную квалификацию деяния, невозможно, поскольку квалификация преступления требует установления точного соответствия между фактическими обстоятельствами совершенного деяния и признаками состава преступления, предусмотренного уголовно-правовой нормой.
Отсутствие указаний на данные обстоятельства, а также доказательства их подтверждающие, свидетельствует о неконкретизированности и неполноте существа предъявленного обвинения, препятствует определению точных пределов судебного разбирательства, тем самым ущемляет гарантированное обвиняемым право знать, в чем конкретно они обвиняются, что влечет нарушение прав обвиняемых на защиту.
Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 марта 2004 г. № 1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» при вынесении решения о возвращении уголовного дела прокурору суду надлежит исходить из того, что нарушение в досудебной стадии гарантированных Конституцией Российской Федерации права обвиняемого на судебную защиту и права потерпевшего на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора <…> предварительное следствие определило, что Федорова якобы совершила указанные преступления, осуществляя тождественные действия на территории города Архангельска, Архангельской области, города Москвы и на территории иных субъектов Российской Федерации, то есть на территории различных субъектов Российской Федерации, на большую часть которых юрисдикция следователей УМВД России по АО не распространяется.
Тем более, что в последние даты инкриминированных Федоровой периодов по указанным эпизодам Федорова находилась либо в городе Москва, либо на территории Евросоюза, то есть вовсе за пределами Российской Федерации. Однако, предъявленное обвинение таких сведений в себе не содержит. Согласно действующему уголовно-процессуальному законодательству Российской Федерации, законность проведения расследования по уголовному делу изначально и полностью зависит от законности правомочий и полномочий лиц, производящих расследование <…> Однако в материалах настоящего уголовного дела постановление руководителя вышестоящего следственного органа, в данном случае Следственного Департамента МВД России об определении территориальной подследственности в соответствии с требованиями ст. 152 УПК РФ в течение 24 часов после возбуждения указанных выше уголовных дел и (или) непосредственно перед вынесением постановления о привлечении Федоровой в качестве обвиняемой от 27 февраля 2026 г., отсутствует.
Данное обстоятельство вынуждает заявить — предварительное расследование по настоящему уголовному делу осуществлено неуполномоченными на то в установленном законом порядке должностными лицами. Более того, постановление о привлечении Федоровой в качестве обвиняемой не соответствует императивным требованиям ч. 2 ст. 171 УПК РФ, нарушает право Федоровой на защиту, поскольку является неконкретизированным, не позволяющим Федоровой однозначно определить — от чего именно, от каких именно обвинений ей предстоит защищаться, поскольку обязательные согласно императивным требованиям ст. 73 УПК РФ к установлению и указанию в объёме обвинения обстоятельства: место, время, способ и иные обстоятельства, в том числе каждого тождественного действия органом предварительного следствия не установлены и не указаны. Как и не указаны в эпизодах с Новиковым и Дризгаловичем конкретные действия Федоровой, которые орган следствия расценил как образующие объективную сторону состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 187 УК РФ.
При этом также установлен бесспорный факт уничтожения ряда процессуальных документов, постановлений о создании следственной группы и об изменении состава следственной группы, и замена их иными процессуальными документами, изготовленными после 9 декабря 2025 с приданием вновь изготовленным документам видимости законности их составления в даты, указанные на них, что полностью не соответствует действительности. Указанные обстоятельства подтверждаются не только явными и очевидными следами переформатирования, переброшюрования и перешивания материалов уголовного дела, но и имеющимися у стороны защиты фотографиями первых, подлинных процессуальных документов, находятся в приложении к ходатайству, которые были получены в установленном законом порядке в присутствии и под контролем должностного лица органа следствия. В материалах уголовного дела какие-либо официальные и законные документы о поручении расследования следственной группе в составе конкретных должностных лиц в настоящее время отсутствуют, так как уничтожены непосредственно работниками органа следствия.
При этом сами подложные документы никаких прав и полномочий никаким должностным лицам органа следствия не предоставляют. В отсутствие вынесенных в установленном законе порядке процессуальных документов о поручении расследования уголовного дела конкретным должностным лицам все следственные и процессуальные действия, а также иные мероприятия по уголовному делу, произведённые конкретными должностными лицами, являются незаконно осуществлёнными с явным превышением должностных прав и полномочий.
При таких обстоятельствах обвинительное заключение составлено с нарушением требований п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения. <…> По правилам п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения. Установленные нарушения исключают возможность постановления законного и обоснованного приговора ввиду следующего. Как уже говорилось выше, в соответствии с положениями ст. 152 УПК РФ предварительное расследование производится по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления.
Если преступления совершены в разных местах, то по решению руководителя вышестоящего следственного органа уголовное дело расследуется по месту совершения большинства преступлений, либо наиболее тяжкого из них. Однако такое решение руководителя вышестоящего следственного органа по настоящему уголовному делу не принималось и не выносилось. Общие правила определения территориальной подсудности уголовных дел определены в статье 32 УПК РФ, согласно части 1 которой уголовное дело подлежит рассмотрению в суде по месту совершения преступления, за исключением случаев, предусмотренных частями четвертой, пятой и пятой.1 настоящей статьи, а также статьей 35 настоящего Кодекса. Если преступление было начато в месте, на которое распространяется юрисдикция одного суда, а окончено в месте, на которое распространяется юрисдикция другого суда, то данное уголовное дело подсудно суду по месту окончания преступления. В соответствии со ст. 29 УК РФ установление времени признания преступления оконченным необходимо для правильной квалификации преступления как оконченного либо неоконченного и может не совпадать со временем совершения преступления, правила определения которого установлены ч. 2 ст. 9 УК РФ.
Местом совершения преступления признается место окончания его совершения, т. е. место совершения последних действий, образующих объективную сторону состава преступления. Как указано выше, в обвинительном заключении по настоящему уголовному делу отсутствуют сведения о совершении Федоровой, в частности, конкретных активных действий, входящих в состав преступлений, предусмотренных ст. 187 УК РФ, в связи с чем нельзя признать указанными и сведения о способе, времени и месте совершения не конкретизированных следствием действий обвиняемой. Соответственно, отсутствие в обвинительном заключении сведений, позволяющих определить место совершения преступных деяний, в совершении которых обвиняется подсудимая, препятствует суду в проверке выполнения требований статьи 152 УПК РФ на стадии досудебного производства, а также не позволяет определить территориальную подсудность настоящего уголовного дела по правилам ст. 32 УПК РФ. Согласно положениям ч. 1 ст. 47 Конституции РФ и корреспондирующей ей норме ч. 3 ст. 8 УПК РФ, никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.
В качестве гарантии процессуальных прав участников уголовного судопроизводства конституционные принципы правосудия предполагают неукоснительное соблюдение процедур уголовного преследования. Поэтому в случае выявления допущенных органами дознания или предварительного следствия процессуальных нарушений суд вправе, самостоятельно и независимо осуществляя правосудие, принимать в соответствии с уголовно-процессуальным законом меры по их устранению с целью восстановления нарушенных прав участников уголовного судопроизводства и создания условий для всестороннего и объективного рассмотрения дела по существу.
Тем самым лицам, участвующим в уголовном судопроизводстве, прежде всего обвиняемому и потерпевшему, обеспечивается гарантированное статьей 46 Конституции Российской Федерации право на судебную защиту их прав и свобод, а также другие права, закрепленные в ее статьях 47 — 50 и 52. Из статей 215 и 220 УПК РФ, в соответствии с которыми обвинительное заключение как итоговый документ следствия, выносимый по его окончании, составляется, когда следственные действия по уголовному делу произведены, а собранные доказательства достаточны для составления указанного документа, вытекает, что если на досудебных стадиях производства по уголовному делу имели место нарушения норм уголовно-процессуального закона, то обвинительное заключение не может считаться составленным в соответствии с требованиями данного Кодекса.
По смыслу п. 1 ч. 1 ст. 237 во взаимосвязи с пунктами 2 — 5 части первой той же статьи, а также со статьями 215, 220, 221, 225 и 226 УПК РФ, возвращение дела прокурору в случае нарушения требований данного Кодекса при составлении обвинительного заключения может иметь место по ходатайству стороны или инициативе самого суда, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, при подтверждении сделанного в судебном заседании заявления обвиняемого или потерпевшего, а также их представителей о допущенных на досудебных стадиях нарушениях, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства.
При этом основанием для возвращения дела прокурору во всяком случае являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, совершенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения <…> Указанные выше грубые нарушения закона являются существенными и исключают возможность принятия судом законного и обоснованного решения по делу. На основании изложенного, руководствуясь ч.1 ст. 237 УПК РФ, прошу возвратить уголовное дело прокурору на основании положений п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, то есть в виду составления обвинительного заключения с нарушением требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Прошу данное ходатайство приобщить к материалам уголовного дела.
Юлия Федорова:
— Ваша честь, на основании ч.1 ст. 47 Конституции РФ никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьёй, к подсудности которого оно отнесено законом. Я имею полное право защититься от обвинений, предъявленных мне уполномоченным образом, в установленном законом порядке. Обвинительное заключение в настоящем уголовном деле этим требованиям не соответствует. Прошу возвратить уголовное дело прокурору, поскольку имеются неисправимые препятствия к его рассмотрению судом.
Государственный обвинитель:
— По поводу ходатайств, которые были заявлены. Сначала Ушаковой. Полагаю, что оснований для удовлетворения данного ходатайства и приобщения его к делу не имеется. Новиков с момента нахождения под следствием знал, в чем он обвиняется, адвокат у него был как по назначению, так и по соглашению. Он обращался и на «Госуслуги», пытаясь выяснить, есть ли основания по привлечению его к уголовной ответственности, то есть он об этом знал, но на территорию РФ он не приехал. Все меры для того, чтобы его разыскать были приняты, в том числе он был объявлен как в федеральный, так и в международный розыск. Также полагаю, что оснований для возвращения дела прокурору по ходатайству адвоката Циммермана не имеется. Считаю, что место, время и обстоятельства преступления указаны в обвинении. Существенных выявленных нарушений так же по делу нет. Прошу в ходатайстве отказать.
Судья:
— Суд удаляется в совещательную комнату.
Адвокат Ушакова
— У меня есть реплика.
Дверь: закрывается.
***
Судья:
— <…> суд постановил ходатайства адвоката Ушаковой и адвоката Циммермана отклонить <…> Прошу всех садиться.
Гособвинитель:
— Разрешите походатайствовать о продлении срока наложения ареста на имущества компании «Трест столовых». Срок наложенного ареста истечет 17 июня 2026 года, прошу продлить данный срок на 6 месяцев. В связи с большим объёмом данного дела, материалов дела и свидетелей, считаю этот срок разумным. Также министерством здравоохранения заявлен иск о взыскании с Федоровой имущества в пользу министерства в размере более 66 миллионов рублей. Кроме этого, полагаю, что санкциями статьи 159 ч.4 и статьи 187 ч.1 УК РФ предусмотрен штраф в первом случае до 1 млн. рублей, во втором случае до 300 тыс. рублей соответственно. В связи с этим заявляю ходатайство. Ходатайство по имуществу «Треста столовых», а именно:
Нежилое помещение, расположенное по адресу <…> стоимостью 3 266 689 руб.
Нежилое помещение, расположенное по адресу <…> стоимостью 3 266 269 руб.
Нежилое помещение, расположенное по адресу <…> стоимостью 4 100 120 руб.
Грузовой фургон марки «Газ соболь» <…> 2021 года выпуска стоимостью 100 000 руб.
Грузовой фургон марки «Форд транзит» <…> 2021 года выпуска стоимостью 1 000 руб.
Грузовой фургон марки «Пежо боксер» <…> 2021 года выпуска стоимостью 2 499 000 руб.
Автомобиль марки «Toyota Land Cruiser 150» <…> 2018 года выпуска стоимостью 5 500 000 руб.
Грузовой фургон марки «УАЗ» <…> 2020 года выпуска стоимостью 1053 руб.
Грузовой фургон марки «Форд транзит» <…> 2017 года выпуска стоимостью 1016 руб.
Грузовой фургон марки «Форд транзит» <…> 2022 года выпуска стоимостью 1016 руб.
Грузовой фургон марки «Форд транзит» <…> 2018 года выпуска стоимостью 1000 руб.
«Toyota Land Cruiser 200» <…> 2018 года выпуска стоимостью 7 500 000 руб.
Грузовой фургон марки «Форд транзит» <…> 2018 года выпуска стоимостью 1016 руб.
Прошу сохранить ранее установленное ограничение в виде запрета на распоряжение указанным имуществом на 6 месяцев с момента поступления дела в суд. А также по имуществу компании «Архангельский трест столовых»:
Нежилое здание, расположенное по адресу <…> стоимостью 2 047 500 руб.
Нежилое здание, расположенное по адресу <…> стоимостью 1 331 882 руб. 48 коп.
Автомобиль марки «Форд транзит» <…> 2017 года выпуска стоимостью 1000 руб.
Прошу также сохранить ранее установленное ограничение в виде запрета на распоряжение указанным имуществом на 6 месяцев с момента поступления дела в суд.
<…>
Так же прилагаю исковое заявление от Министерства здравоохранения Архангельской области о взыскании в пользу Министерства причинённого ущерба в размере 66 336 309 руб. 70 коп.
<…>
У меня все, Ваша честь.
Адвокат Циммерман:
— Ваша честь, хочу выступить по поводу заявленного ходатайства. Я считаю, что оснований его удовлетворять нет, поскольку представителей собственников данного имущества на настоящем судебном заседании не присутствует. Сведений о том, что они уведомлены надлежащим образом о том, что будет рассматриваться вопрос о продлении ареста на их имущество у нас не имеется. Кроме того, раз уж ходатайство заявлено, я бы хотел обратить внимание суда на следующие моменты. Как бы не уклонялся государственный обвинитель, он все-таки огласил стоимость имущества, на которое наложен арест. Если все обратили внимание, то коммерческий транспорт достаточно свежий: 2021 года, 2018 года стоит по 1000 рублей. Ну, мы все взрослые люди и прекрасно понимаем, что на сегодняшний день таких стоимостей и цен просто не существует. Это заведомо заниженные размеры рыночной стоимости имущества, на которое накладывается арест. Для чего это сделано, конечно, вопрос десятый. Ответа на него ещё нет, но это явно говорит о том, что сторона обвинения поверхностно подошла к этому вопросу, имея цель просто наложить арест на все имущество, до которого дотянулись руки правосудия.
Второй момент. Как правильно огласил государственный обвинитель, гражданский иск предъявлен исключительно моей подзащитной. Каких-либо гражданско-правовых претензий к юридическим лицам по настоящее время с момента возбуждения уголовного дела предъявлено не было. Насколько мне известно, заказчики вообще претензий имущественного характера к исполнителям контрактов не предъявляли. Более того, как неправильно не заметил государственный обвинитель, по настоящему уголовному делу наложен арест на личное имущество лица, привлекаемого к уголовной ответственности и признанного гражданским ответчиком по уголовному делу, то есть моей подзащитной, и членов её семьи.
Рыночная стоимость этого имущества более 74 миллионов рублей. Как сторона обвинения правильно заметила, предполагаемый ущерб — 66 с небольшим миллионов рублей. Предполагаемые штрафные санкции не более 1 миллиона 300 тысяч. При простом математическом действии — сложении, мы получаем что арест на имущество того лица, которое привлекается к ответственности и к которому предъявлен гражданский иск, покрывает эти цифры. Целесообразность и разумность наложения ареста и продления ареста на имущество юридических лиц, к которым не предъявлены никакие материальные претензии, остается в воздухе. Более того, хотел бы обратить внимание на тот момент, что на озвученное имущество, принадлежащее юридическим лицам, которые не отвечают своим имуществом за действие или бездействие их учредителей, в силу гражданского законодательства, по результатам даже настоящего уголовного дела, не может быть обращено взыскание.
Оно не может быть конфисковано, поскольку не попадает под категорию того имущества, к которому может быть применена конфискация. Оно не попадает под категорию того имущества, на которое может быть обращено взыскание, поскольку юридические лица не отвечают своим имуществом за действия/бездействия, в том числе и противоправные действия своих учредителей. А теперь самое главное. Уголовное дело расследовалось более двух лет.
В настоящее время оно поступило в суд. Все это время на данное имущество был наложен арест с запретом совершения каких-либо регистрационных действий, что причиняет, безусловно, ущерб данным юридическим лицам, поскольку не позволяет вести нормальную хозяйственную деятельность, связанную с кредитованием, с передачей данного имущества под залог кредитных организаций, перекредитованием, реализацией, обновлением парка, который используется, в том числе, для доставки лечебного питания в медицинские учреждения для граждан, получающих медицинскую помощь в стационарных условиях. На сегодняшний день, данные действия причиняют исключительно вред как юридическим лицам, так и простым гражданам.
При этом, никакой целесообразности оставление данного ареста ни стороной обвинения, ни материалами уголовного дела не представлено. Не предоставлено суду никаких доказательств, что если данный арест будет отменен, то возникнут какие-то препятствия по реализации государственной функции по возмещению ущерба. Поэтому, Ваша честь, еще раз обращаю ваше внимание, что рассмотрение данного ходатайства в отсутствии собственников данного имущества, которые не уведомлены даже надлежащим образом, полагаю невозможным, но, если все-таки, суд сочтет возможным рассмотреть его, полагаю неподлежащим удовлетворению. У меня все.
Юлия Федорова:
— Ваша честь, я полностью поддерживаю слова своего защитника. В том числе и доводы про стоимость транспорта в 1000 рублей. Государственный обвинитель пытался эту стоимость, конечно, не называть. Это имущество участвует в обороте компании, которая осуществляет исполнение государственных контрактов. И это затрудняет работу. Автомобили лизинговые. 1000 рублей — это сумма оставшегося платежа по лизинговым платежам. То есть это сумма не стоимости автомобиля, а именно передаточный платеж в 1000 рублей. Более того, я знаю точно, что общества на сегодняшний день добровольно заявили об оценке имущества в роскадастр. Данная оценка производилась один раз, в начале 2024 года, с тех пор прошло уже два года. А сколько бы общества не предоставляли собственные материалы оценки имущества, они не принимались судом. Поэтому было принято решение на государственном уровне переоценить это имущество. Так как общества не пригласили на сегодняшнее заседание, прошу оставить ходатайства без рассмотрения.
Адвокат Ушакова:
— Я поддерживаю мнение коллеги и подсудимой. Многочисленные решения судов кассационной инстанции запрещают рассматривать ходатайства о продлении ареста на имущество лиц, не являющихся подозреваемыми и обвиняемыми без своевременного извещения указанных лиц <…> все указанные решения вне извещения собственников имущества заведомо являются незаконными. В настоящем споре дело расследовано полностью, каких-либо данных о том, что общества несут материальную ответственность за действия подсудимой, не имеется. Не имеется сведений о том, что указанное имущество приобреталось преступным путем или на преступным путем добытые денежные средства. Кроме того, имущество лизинговое, и стоимость лизингового имущества составляет не выкупная стоимость, а совокупная стоимость всех лизинговых платежей по нему. Это установлено налоговым кодексом. Прошу обратить внимание суда на указанные доводы.
Адвокат Сивцов:
— Считаю доводы моих коллег разумными и обоснованными, от себя хотел бы добавить, что данные транспортные средства являются лизинговыми, а собственником лизингового имущества до момента выкупа является лизингодатель. В связи с этим мы сейчас рассматриваем вопрос об ограничении прав собственника в отсутствие самого собственника, которые даже не может полагать, что сейчас решается судьба его имущества. В связи с этим полагаю, что ходатайство не обосновано.
Гособвинитель:
— Ваша честь, в целях экономии времени, так как рабочий день у всех закончился полчаса назад, скажу кратко. Стоимость автомобилей предоставлена органами ГИБДД. Это официальный источник. Так же хочу парировать, что сторона защиты говорит о том, что необходимо обновлять данные автомобили, в то же время говорит о том, что стоимость этих автомобилей высока, так как они новые. То есть, сами себе противоречат. В связи с этим полагаю, что мое ходатайство должно быть удовлетворено.
Адвокат Циммерман:
— В качестве реплики только скажу, что о новизне автомобилей я не говорил, я говорил о молодом их возрасте, но это, подчеркиваю, коммерческий транспорт, который имеет срок износа намного выше, чем обычный гражданский. На это надо обращать внимание.
Судья:
— Суд уходит в совещательную комнату.
***
Судья:
— Оглашается постановление <…> установить ограничение на пользование имуществом <…> до 28 октября 2026 года включительно.
Юлия Федорова:
— Ваша честь, я хотела бы ходатайствовать. В рамках уголовного дела на стадии ещё предварительного следствия, Ломоносовским районным судом города Архангельска в отношении меня была изменена мера пресечения на запрет определённых действий, в том числе на запрет использования информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», за исключением перечисленных в постановлении суда. В настоящее время я являюсь официально зарегистрированной самозанятой, поскольку должна иметь возможность работать и зарабатывать средства для содержания себя, своих малолетних детей, семьи. В целях реализации своего конституционного права на труд и оплату своего труда по ст. 37 Конституции РФ, а также в целях исполнения моей конституционной обязанности платить законно установленные налоги и сборы, как самозанятому мне необходим доступ в личный кабинет налогоплательщика — гражданина Российской Федерации.
Данный доступ мне необходим для того, чтобы выставлять контрагентам счета на оплату, формировать чеки, отчитываться о своей деятельности, в том числе и о доходе, в ФНС России. Однако необходимый доступ в личный кабинет налогоплательщика возможен только через государственную Интернет-платформу «Госуслуги» и при непосредственном использовании телекоммуникационной сети «Интернет». Данной деятельностью самозанятой я намерена заниматься на постоянной основе и неограниченное количество времени в календарном исчислении, поэтому и доступ в телекоммуникационную сеть интернет для пользования государственной интернет-платформой «Госуслуги» и личным кабинетом налогоплательщика мне необходим на весь этот период.
Описанное — это моя естественная социальная потребность как гражданина Российской Федерации, реализация которой никоим образом не может повлиять на рассмотрение судом настоящего уголовного дела по существу, поскольку с ним абсолютно не связана. Также в рамках избранной мне меры пресечения мне не запрещено обращаться в медицинские учреждения для получения медицинской помощи по линии ОМС, на что как гражданин РФ я имею полное право, не только на обращение в коммерческие медицинские учреждения.
Принимая во внимание сегодняшние реалии, а также ограничения в связи с избрания в отношении меня запрета определённых действий, запись на приём к специалистам возможна только через государственный Интернет-портал «Госуслуги» и при непосредственном использовании телекоммуникационной сети «Интернет». Описанное и в этой части — это моя естественная социальная потребность как гражданина Российской Федерации, реализация которой никоим образом не может повлиять на рассмотрение судом настоящего уголовного дела по существу, поскольку с ним абсолютно не связана.
Ранее, на стадии предварительного следствия, мне следователем разрешение на доступ на государственную Интернет-платформу «Госуслуги» и в личный кабинет налогоплательщика уже давалось, что не привело к какому-либо негативному влиянию на уголовное дело. Учитывая требования уголовно-процессуального закона, прошу разрешить мне использование информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» для доступа на государственную Интернет-платформу «Госуслуги» и личного кабинета налогоплательщика — гражданина Российской Федерации, в целях реализации своего конституционного права, предусмотренного ст. 37 Конституции РФ, и в целях исполнения своей конституционной обязанности, предусмотренной ст. 57 Конституции РФ.
Адвокат Циммерман:
— Естественно, я поддерживаю ходатайство, заявленное моей подзащитной. Так же хотел несколько добавить. Избранная мера пресечения в виде запрета определенных действий — моей подзащитной запрещено посещать медицинские учреждения в Архангельской области в количестве 17 штук. В том числе и Архангельскую областную клиническую больницу, где по экстренным показаниям недавно была проведена серьезная операция моей подзащитной. В результате этой операции было назначено лечение, которое предусматривает контрольные точки проверки состояния моей подзащитной, для чего необходимо действительно планово записываться на приём, что в условиях запрета помещения медицинского учреждения возможно только при использовании платформы «Госуслуги».
Кроме того, все регистратуры медицинских учреждений в последнее время при принятии заявки на запись уведомляют о том, что подтверждение записи идет вам в госуслуги. Однако, моя подзащитная на сегодняшний день этого лишена. Более того, необходимость обращения за медицинской помощью подтверждается тем, что буквально вчера у моей подзащитной был выявлен еще один серьёзный диагноз, который, не дай Бог, бы перерос в хронический. Но для этого необходимо проведение и обследований и возможно оперативное вмешательство. Для подтверждения того, что состояние здоровья моей подзащитной оставляет, к сожалению, желать лучшего, я просил бы приобщить к материалам дела заключение северного медицинского клинического центра им.
Семашко о постановке диагноза моей подзащитной 20 мая 2026 года. Диагноз оглашать не буду. Так же результаты осмотра у сердечно-сосудистого хирурга от 12 мая 2026 года, где и был как раз впервые заподозрен этот диагноз и выписной эпикриз, где полностью указано состояние здоровья моей подзащитной. Кроме того, обращаю внимание на возраст моей подзащитной — возраст пенсионный. Для получения необходимых пенсионных услуг моей подзащитной также необходим доступ на платформу «Госуслуги». В этой связи прошу приобщить выписку сведений о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица, полученную еще 1 октября 2025 года, когда был разрешен доступ. И прошу удовлетворить ходатайство моей подзащитной.
Адвокат Ушакова:
— Поддерживаю, Ваша честь.
Адвокат Сивцов:
— Поддерживаю.
Дрезгалович:
— Поддерживаю.
Судья:
— Возражения против приобщения к материалам дела имеются?
Гособвинитель:
— Против приобщения нет. Ваша честь, я прошу отказать в удовлетворении данного ходатайства, так как те обстоятельства, которые ранее привели к запрету не изменились и не отпали. При наличии близких родственников также можно записаться в медучреждения. Я полагаю, что запрос на изменение этого запрета носит иной характер и необходимо в нем отказать.
Адвокат Циммерман:
— Ваша честь, с репликой позволите выступить? По сути заявленного факта о том, что у моей подзащитной имеются родственники и они могут записать мою подзащитную на прием ко врачу. Я хотел бы обратить внимание на то, что сведения о состоянии здоровья охраняются законом, как врачебная тайна и не подлежат оглашению, в том числе и близким родственникам. Поэтому, без такого согласия со стороны моей подзащитной, просьба о записи на прием ко врачу по факту какого-то заболевания считается понуждением моей подзащитной о распространении данной информации, которая составляет частную и личную тайну. Поэтому я считаю, что данный довод является необоснованным.
Адвокат Ушакова:
— Хотела бы так же добавить, что это технически невозможно. Я пыталась недавно записать сына. Невозможно даже мне как матери через свой аккаунт на «Госуслуги» записать другого человека.
Адвокат Сивцов:
— Ваша честь, я обращаю внимание на прямое требование уголовного закона, статья 7, принцип гуманизма, который недвусмысленно обязывает уголовное законодательство обеспечивать безопасность человека.
Судья:
— Суд выслушал мнение участников процесса и постановил отклонить ходатайство подсудимой Федоровой и адвоката Циммермана о разрешении использования коммуникационной сети «интернет» для использования платформы «Госуслуги». Ранее установленный запрет оставить без изменений. Обращаю внимание, что указанным постановлением наложен запрет на посещение медицинских учреждений с определенным перечнем, однако за исключение случаев, когда необходима медицинская помощь. На сегодня рассмотрение дела закончено, суд постановил <…> провести следующее заседание 22 июня 2026 года.