Знаете, псы метят, а эти маркируют: вроде разное, но суть одна и та же — она ужасна. На Охотном ряду сидят 450 депутатов, которым я, как честный налогоплательщик, плачу зарплату. Примерно 400 тысяч в месяц + перелёты бизнесс-классом + проезды на премиальных авто по столице + служебные квартиры. И мне уже давно плевать на их заботу — её нет. И я уже давно смирился с тем, что они прожирают мои (ваши) деньги и толку от них ноль.
Да, я уже в курсе, что от них один вред. Вот у 45-й школы снесли футбольную площадку согласно принятым ими законам. Да, дети теперь не играют по вечерам в футбол. Я уже даже не против этого.
У меня к этим особам с Охотного ряда одна просьба — не ****е мой мозг. Мозг, память оставьте в покое: вы уже сделали всё, чтобы мне нагадить. Нет, надо было пометить, промаркировать книги, песни, любимые фильмы.
Перед тем, как изложить суть… Вот они. Наши депутаты в Госдуме — Вторыгина и Спиридонов, они голосовали за ЭТО. Да будьте вы навеки веков… здоровы.
Вот эти постановили (в числе таких же) пометить этих:
cultura.ru
cultura.ruИтак, с 1 марта 2026 года вступили в силу изменения в закон о наркотических средствах, согласно которым произведения литературы и искусства, опубликованные после 1 августа 1990 года и содержащие упоминания наркотиков как часть художественного замысла, должны сопровождаться предупреждением с изображением восклицательного знака и антинаркотической надписью.
«Как часть художественного замысла». Вторыгина, Спиридонов, вы эту фразу читали? То есть, какой-то чиновник, спустя 36 лет будет определять: а имеется ли художественный замысел у автора на употребление слова ***** (белый стиральный порошок)?
А завтра кто-то изобретёт некое вещество, потребляемое через курение, или внутривенно и назовёт его «Вторыгина» или «Спиридонов», как часть художественного замысла, не со зла. И вас тоже будут метить.
Короче, среди новых произведений, подлежащих маркировке: биография поэта Высоцкого «Высоцкий: Мне есть чем оправдаться перед ним» автора Владимира Новикова, а также три книги о Михаиле Булгакове: «Михаил Булгаков (серия ЖЗЛ; 5-е изд.)» Алексея Варламова, «Булгаков. Мои воспоминания» Любови Белозерской и «По следам Мастера и Маргариты. Маршруты от гида музея «Булгаковский дом» Екатерины Горпинко.
А кто не читал в 90-е эти книги? Я читал. И что? Между прочим, в отличие от Спиридонова, я и Родину защищал с оружием, и в армии отслужил. А почему не служил сын заслуженного папы Саша Спиридонов? У нас в универе преподы рекомендовали их прочитать. А Елена Вторыгина какое образование имеет? ВЗФИ — тот самый, где экс-мэр Архангельска диплом просто, как косяк, купил за деньги. Там многие дипломы просто покупали.
Ладно, далее по сути депутатского закона, который теперь исполняют все.
Jah Khalib теперь поёт «Кекс, компотики, все, что мы любим, кекс, компотики». Scally Milano в песне 21 Savage заменил «таблетки» на «конфетки».
Группа SEREBRO переименовала трек »*пиум» в «Иум».
OG Buda в серии альбомов изменил не только строчки с упоминанием наркотиков, но даже обложку второй части, на которой он выдувает дым с самокруткой между пальцев. Теперь буквы в виде дыма просто висят в воздухе, а в руке ничего нет (стакан с фиолетовой жидкостью у ног тоже исчез).
Добрались и до легенд отечественного рока. Песню рок-группы «Агата Кристи» »*пиум для никого» 1994 года переименовали в «Для никого».
А вот ещё… Есть отличный журналист Стас Натанзон, на канале «Пятница» у него программа про путешествия. Как же нелепо выглядел материал про Пабло Эскобара, Медельин и Колумбию, в котором слово ****** было заменено просто паузами. Это как народная мудрость: *опа кругом, а говорить *опа нельзя.
Что народ меньше стал потреблять *****, *******, *****?
Я был в Государственной Думе и тоже видел белые разводы и пакетики. У нас даже в городской Думе есть индивидуумы, которые в разгар сессии уединяются, выходят шмыгая носом.
Вы с остервенелостью, достойной лучшего применения, метите книги 90-х годов, но при этом города исписаны граффити с подробным указанием, где можно купить drug.
Намедни городская администрация Архангельска, исполняя ВАШ закон, обязала всех предпринимателей, у кого исписаны торговые точки, срочно всё стереть.
Знаете, дорогие во всех смыслах слова Спиридонов и Вторыгина, не исполнено предписание. Его просто некому исполнять — предприятия малого/среднего бизнеса закрываются повально и повсеместно, благодаря принятым вами драконовским законам.
Вам-то пофиг — ваша зарплата от выручки, с которой берётся НДС не зависит. А вот бизнесмен с каждого выставленного счёта, ещё не получив по нему денег, УЖЕ должен заплатить НДС. Вы, депутаты, каким местом думали? Спросить можно, но каждый человек укажет это место.
Запрещено писать также в непомеченном виде четыре буквы одного сообщества. Действенная мера? Ничуть: на эстраде, в театрах и особенно в Госдуме —астов меньше не стало
Если упоминания сообщества астов в книгах не часты, то информация, связанная с наркотиками, встречается в детективах, исторических биографиях, нон-фикшн книгах, справочниках и энциклопедиях почти повсеместно.
И обычная законодательная блевотная дурь тут же превратилась в миллиардный бизнес.
В книгах надо всё повально метить (даже Конан Дойля).
По самым скромным оценкам, это 3 млн названий и десятки миллионов тиражей за 35 лет!
Вторыгина, вам и не снилось столько книг!
Среди расходов, которые несут теперь издатели — разработка нейросетей для проверки произведений. Зарплаты редакторов, маркировочные наклейки.
Причём на рынке жиреют как те, что выявляют контент для издателей, так и те, которые имеют подряды с надзорными ведомствами.
А теперь о пользе запретов. Они бесценны в смысле бездарности.
Попытки таких ограничений наблюдались в разных странах, но в итоге везде их поотменяли. Чего добились? Так сказать, «аморальные» произведения стали «выдающимися образцами национальной культуры».
Аналогично с кино — «Бойцовский клуб» Дэвида Финчера, «Шоугелз» Пола Верховена, «Заводной апельсин» Стэнли Кубрика и «Реквием по мечте» Даррена Аронофски.
Были скандальные — стали культовые.
Что нас с этими запретами ждёт — всё проходили во времена СССР: появятся артисты-инкогнито, а вместе с ними возникнет закрытая, тайная среда. Новые рэперы будут собираться на квартирниках, как это делали советские рокеры в 1980-е. И вполне возможно, что в невидимом культурном поле будет созревать новый андеграунд, который громыхнет, когда придет правильное время.
P.S.
В том числе из-за цензурных расходов в Архангельске в Год культуры закрылся главный книжный магазин на площади Ленина. Книги стали не по карману. В его помещении теперь откроется «Магнит».
Вот к чему нас привели такие законы: куры вместо книг! Кто-то ликует — от книг один вред, не приведи случай, народ ещё и думать начнёт.
Илья Азовский, драматург, историк, журналист, политолог
