Её зовут Люда. Людмила. Очень большой в Архангельске человек, депутатша, богатая. Муж её негодяй. Потому Люда и уехала на Гоа одна.
А на Гоа живёт парень. Стройный, с осиной талией загорелый брюнет Брат Кумар…
Кончился отпуск Люды, а потом кончился и сухой сезон на Гоа. Начались дожди и долгими ненастными вечерами, тоскливо глядя на почерневшие воды Аравийского моря, под крики Орлов на низком черном небе, Брат Кумар вспоминал солнце, бирюзовые залив, сладкий аромат травы и горячий песок пляжа Анджуна…
Кумар в тоске листал страницы русского интернета, надеясь встретить Люду. И однажды он увидел её на «Эхо СЕВЕРА».
И вступил в заочную переписку…
Он пишет нам — мы передаем ей — она не отвечает нам — он опять пишет ей.
Такая странная, индо-русская любовь.
Бола-бола (приветствие).
Бола-бола, а в ответ тишина, она снова не едет на Гоа.
Письмо № 1
«Боло-Боло, братья Мухоморовы!
У вас там в Архангельске живет женщина мечты!
Теперь я узнал, что у моей мечты есть фамилия. Долго искал я мечту. Знал лишь, что мечта из Архангельска, а зовут Люда.
Бо, если б вы знали, сколько вечеров мы провели с Людой в моём барчике на пляже Анджуна, любуясь на заходящее солнце Гоа.
После ужина я угощал её „дымком“.
Мы сидели, дули, говорили…
Письмо № 2
Анджуна — место это культовое, а потому, наверное, так не просто сочетается с образом женщины-депутата.
Ну, прежде всего, на Анджуне дуют.
Дуют задумчиво, с наслаждением, эстетствуя. Лучше всего дуть на закате.
Расположиться на пляже в гамаке или в позе йоги на остывающем песке обязательно с видом на море.
И затянуться.
Любоваться красотой рядом с тобой каждый вечер приходят священные коровы, преданные собаки и свободолюбивые кошки.
Они не дуют — им повезло родиться здесь.
А ты, приехавший „в гости“, дуешь и созерцаешь, как огненный шар солнца опускается прямо в море. Оно его ждёт.
Там, где-то за горизонтом, солёная вода любя ласкает уставшее за день солнце, нежно принимая его в свои объятия.
И в последние секунды заката можно услышать звук их наслаждения.
Его не передать в печатном варианте. Ну что значит написать „Шшш“?..
Это ведь не звук змеи перед прыжком. И не предупреждающий сигнал разъярённой кошки. Это соитие двух стихий.
А ты при этом дуешь и думаешь. О красоте, о вечности, о смысле…
Смысла много.
Ведь сознание выходит за привычные рамки, а мысли устремляются за горизонт.
Прямо туда, где только что стали одним целым Великое Солнце Гоа и бесконечный Океан.
Если при этом начать дуть по меткому выражению Кастанеды „траву дьявола“, попадаешь в состояние, которое навсегда даст крепость твоему Я.
В душе появляется что-то сильное и надёжное, похожее на то, что люди называют мужеством духа.
Но „трава дьявола“ принимает не каждого.
Она сама выбирает учеников-любимчиков, а потом пленит их в пространство своих тайн.
И закон таков, что никогда „трава дьявола“ не позовёт женщину.
Письмо № 3
„Гоа-транс пати чаще проходят на пляже Арамболь. На Анджуне они не так часто бывают, поэтому сюда в основном приезжают те, кто не может провести без Гоа-транса и дня.
На одной из таких пати я заметил женщину — всю в белом.
И этот взгляд!
Он был похож на взгляд школьной учительницы, смотрящей по утру на похмелившихся хорошим ромом учеников. И если бы не одна маленькая деталь, я бы так и уверовал в её неприступность…
Язык! Вот кто говорил, что в ритме транса этой женщине всё по кайфу.
Точнее он не говорил, а сигналил всем своим ярко-бардовым цветом.
И конечно, красная слюна, которую периодически приходилось сплёвывать. Хоть и делалось это по-изящному не заметно.
И как только я понял, что этой женщине хорошо, она вдруг побежала с пляжа на пустырь, ведущий к дороге.
Метров за 50 до трассы упала на землю и, как кошка после валерьянки, начала кататься по пустырю.
А вокруг стояла красная пыль Гоа. О, какая красота, когда женщина в белом платье, окрашенном в красную пыль Гоа!
Она всё время кричала что-то вроде ‚Нello aliens my electors are aliens‘ (‚привет инопланетяне, — прим. переводчика Аджимат БалаСубраманиан).
Я не понимал, что она говорит, но побежал к ней. Уж очень она звала. А потом была ночь…‘
От редакции…
Что было ночью, увы, брат Кумар не написал. Зато уточнил, что с утра ему пришлось доплатить за арендованный байк.
А потом Любовь переросла в переписку…
Автор Материала и фотографий с пляжа Анджуна — Илья Азовский, главный редактор ‚Эхо СЕВЕРА‘
Напомним, что сухой сезон на Гоа начинается в конце октября.
